Интервью с Кори Айрлендом о музыкальности

Ноябрь 2004 года: Кори — музыкант и композитор, который обосновался в Канзасе, но постоянно путешествует по стране и часто бывает в Нью-Йорке. Мы попросили его ответить на несколько вопросов о восприятии танго с точки зрения музыканта.

— Что такое танго? Как можно узнать является ли тот или иной музыкальный отрывок танго?

— Восприятие очень субъективно. Что называют танго в Финляндии будет отличаться от того, что называют танго в Аргентине, и что может быть названо танго в Сан-Франциско. Мое мнение…мы можем описать музыкальный скелет: ритмическую рамку и отношение фраз, форму и организацию технических приемов, характеризующих музыку, с которой мы знакомы как танцоры танго. Мы можем очень подробно рассмотреть все эти пункты, но в конечном итоге, мы остановимся на очень четком строении, которое все-таки потребует более детального исследования для того, чтобы отличить музыку Ди Сарли от, к примеру, Коула Портера. На неискушенный взгляд, строение музыки этих двух композиторов выглядит одинаково. Но есть эмоциональное качество, энергия, по которой сразу же узнается танго. Это можно сравнить с тем как будто мы смотрим на кожу, на черты лица музыки (звуки, способ связи нотных линий, построение музыкальных фраз), и я думаю, что, рассмотрев все это, у нас должно получиться более точное описание. Знание этих пунктов поможет нам впоследствии
узнать танго в разных одеждах (может быть «одетое» в саксофон, синтезатор или перкуссию), принадлежащих определенному месту и стилю. В конечном счете, для меня все эти  пределения и описания не достаточны. Ни по строению музыкального скелета, ни по внешним
атрибутам, а только по музыкальной душе можно определить танго. Для меня этот факт стал очевидным ранним утром в баре Роберто Буэнос-Айреса. Веселые завсегдатаи наслаждались танго-музыкой, слушая различных певцов и музыкантов. В 6 утра музыканты закончили выступление, но они продолжали сами петь свои любимые песни, находясь во власти слов и мелодий, с большим усердием, подлинностью и искренностью, чем это предполагает музыкальный навык. Это состояние имело в большей степени человеческую природу, чем музыкальную.

-Какой ритм нужно танцевать в танго, если ритмов больше чем один?

-Тот, который требует учитель :). Если серьезно, то все дело в эмоциональном восприятии: в соответствии с чувствами, которые вы хотите выразить в танце, можно выбрать кусочек музыки и «обнять его». При ведении партнерши я часто полагаюсь на басовый ритм, а для того,
чтобы усилить работу корпуса и объятие, использую мелодию скрипки или бандонеона. Но все постоянно меняется в соответствии с переменами в музыке. Я считаю, что все эти категории лучше всего чувствовать, а не пытаться понять. Строение аналитической системы восприятия довольно грубое, для того чтобы создавать экспрессивный танец; но наши тела, души и сердца справятся с этим довольно легко, ведь именно там и рождается танго.

-Существуют ли отличие между музыкальной мелодией и танцевальным ритмом?

— Я полагаю, что да. Хотя с музыкальной точки зрения, эти понятия разделить очень затруднительно. Если мы танцуем мелодично, то мы позволяем музыке влиять на ритм, с которым мы двигаемся. Некоторые мелодии очень нелегко точно артикулировать. К примеру, если делать шаг на каждую танцевальную ноту Reliquas Portenas – это будет выглядеть как эпилептический припадок. Но мы можем позволить мелодии определить для нас места для добавления небольших движений, и те, в которых можно быть менее активными. У мелодии иногда проявляются вполне человеческие свойства, такие как потребность дышать, уравновешивать напряжение или отдыхать. Все это очень влияет на танец.

— Если вы двигаетесь не в ритм музыки, вы танцуете?

— Вполне возможно. Более того, я полагаю, что можно двигаться ритмично, но при этом не танцевать. Иногда мы по ошибке воспринимаем маршировку за танец. Марш выражает ритм и направление, а танец, то, для чего невозможно подобрать слова.

— В чем состоит различие между синкопой и быстро-быстро — медленно?

-Можно сказать, что быстро-быстро-медленно интервальное деление музыки, которое музыканты танго называют маркато. Это будет как ‘1 .2. 3 .4’, где 1 и 3 будут ударными, а 2 и 4 очень легкими. Обычно мы танцуем ‘1. 3. 1. 3’, в контексте быстро-быстро-медленно мы будем
двигаться на ‘1. 2. 3.’ или на ‘3. 4. 1.’. Синкопа относится к ассиметричному делению музыки. Ее лучше слышать, чем объяснять на словах, но все же можно попытаться сделать это на
двух примерах. Из-за того, что синкопа делит сильный импульс на неравные части, нам приходится делить ритм дальше. Вместо четырех кусков танго-пирога, у нас получается восемь, но пирог остается такого же размера, просто разрезанный на меньшие кусочки. Можно сказать, что между каждым куском пирога, пронумерованным как 1. 2. 3. 4 ., появляется кусочек, который можно назвать ‘и’ или +. Итак, теперь мы можем пересчитать все части: ‘1. +.2 +. 3. +. 4. +.’ Чтобы получить синкопу нужно как бы пропустить пронумерованные доли, ударение сделать на ‘+’. Самая обычная синкопа выглядит как ‘ 1.+…3’, у многих оркестров можно услышать ‘1.+..+.3’. Обычное или инструментальное деление между сильным 1 и следующим сильным 3, будет 2. Синкопа избегает удара 2, для того чтобы придать музыке больше волнения. В мелодии появляются отрывистые удары и, вероятно, даже что-то джазовое.

-Почему так трудно танцевать музыку Пиацоллы?

— Потому что мы просто не привыкли танцевать ее, она не написана для социального танца. Музыка Пиацоллы динамична, очень часто она следует по различным активным/драматичным траекториям, которых нет в классической танцевальной музыке, к которой мы привыкли.
Танго – это танец полный условностей, основанный на музыке 40-х годов. Однако существует различие между музыкой танго и танго для танца. Наше привычное понимание не создано для динамизма и ритмической палитры музыки Пиацоллы, хотя многое из Пиацоллы довольно традиционно и подходит для танцоров, привыкших к танго Золотого Века. Но нам нужны
совсем другие навыки, чтобы танцевать Libertango или Milonga Angel. В особенности, ритм и маркато играют различные роли в музыке Пиацоллы, иногда даже главные. Хорошая новость состоит в том, что мы растем, танцуя такую музыку, расширяем свою эмоциональную палитру и можем открыть новое в уже знакомой нам музыке.

— А что можно сказать по поводу музыки Салгана?

-Я нахожу произведения Салгана великолепными для танцевания. Его музыка служит мостом между консервативными 40-ми и экспериментальными 50-60-ми. Он записал довольно большое количество классических произведений в новой аранжировке, добавив восхитительное ритмическое ощущение. Салган расширил и развил роль синкопы, он сделал ее
равноценным партнером с маркато и предоставил танцорам найти похожую многосторонность в восприятии ритма быстро-быстро-медленно. Я думаю, что много движений, таких популярных у танцоров социального танца (скручивания, ганчо, вращения), смотрятся очень естественно в такой энергичной чувствительности ритма. В этом случае для нас становится немного неудобно танцевать на сильные доли ритма, к которым мы привыкли, ведь в этой музыке они часто не выделяются или даже опускаются. Но музыка остается с нами. Если вы прислушаетесь, музыка Салгана ведет вас как по следу из хлебных крошек от одного маленького движения к другому. Я полагаю, что здесь необходимо свежее восприятие музыки, тем более многие произведения, записанные Салганом, существуют в более ранней аранжировке других композиторов. Из этого может возникнуть проблема партнерш уровня intermidiate. Они уже могут принимать участие в окончании движения и поэтому при ведении под такую музыку бывают испуганы или даже «вне зоны доступа», когда их ожидания не выполняются. Я, неприменно, рассматриваю этот аспект и настаиваю на том, что партнерше нужно оставаться открытой для новой возможности при ведении.

— А что Вы скажите насчет музыки Гоби?

— Не думаю, что кто-нибудь посчитает музыку Гоби сложной для танцевания или хотя бы сложнее, чем Пуглиезе. Гоби середины 50-х немного драматичнее и помпезнее, чем я люблю, но техника и инструменты у него такие же, как и у его предшественников: немного переменчивости в темпе, тенденция к напору в маркато и затяжные (смягченные, без разделения) легато. Возможно для танцора, который обращает внимание только на начало
музыкального произведения и прекращает слушать дальше, будет сложно танцевать Гоби. Некоторые считают, что правильная танго-музыка не должна менять темп, но я не согласен с этим. Правильный марш не должен изменяться в темпе, а хорошая танцевальная музыка должна побудить нас танцевать, выражать себя с ее помощью. Порой все дело лишь в знании
музыки того или иного композитора. Гоби и Пуглиезе использовали одни и те же приемы, связанные с темпом, только в разной музыкальной чувствительности. Я думаю, что мы больше понимаем как танцевать Пуглиезе только потому, что его музыку мы слышим чаще.

— Если вам нравиться танцевать этих композиторов, значит ли это, что вы получаете меньше удовольствия от творчества других композиторов, например Д’Ариенцо?

— Совсем нет. Я ранее говорил, что расширение ритмического лексикона очень помогает танцевать, и Д’Ариенцо в том числе. У него так же есть синкопы и маленькие ритмические игры, и если мы привыкнем к значимости этих приемов у Салгана и Пуглиезе, мы сможем лучше слышать Д’Ариенцо.

-Что Вы думаете о Д’Ариенцо?

— Я считаю, что это великолепная танцевальная музыка. Трудно представить полноценную ночь танцев, без музыки Д’Ариенцо. Но, в то же время, я не хотел бы потратить всю свою танго-жизнь, танцуя только ее…

— Нужно ли танцевать трудную танго музыку и не танго-музыку?

— Нужно? Думаю, что это зависит от целей, которые вы намерены достичь. В любом случае, я думаю, что вы бы получите немало удовольствия, и ваши танцевальные навыки улучшатся.

— Что Вы скажите о музыке танго сегодня? Она мертва, умирает, спасается или развивается?

— Танго музыка продолжает эволюционировать и развиваться, но это происходит отдельно от танго-танца. Мне хочется верить, что произойдет счастливое воссоединение, и я вижу предзнаменования этого. Есть множество предпосылок, но больше всего меня радует то, что многие музыканты начинают танцевать. Этот факт важен для всех нас. Я не могу сказать точно, но количество CD танго-музыки увеличилось втрое, по сравнению с 2000 годом. Я нахожу это впечатляющим. Более того, в нашей стране число танго-оркестров, которые играют для танцующих раз в месяц, увеличилось примерно в 5 раз за тот же период. Конечно, мы
далеки от объединения музыки и танца, но мы движемся в этом направлении.

— Что по вашему мнению является наиболее интересным в сегодняшней танго-жизни?
— Для меня самым удивительным является «цыганское» сообщество путешествующих танцоров. Это новый феномен в истории танго, и я думаю, что влияние этого явления довольно заметно. Мы растем в своих сообществах, а потом несколько раз в году испытываем сильное влияние
друг друга и чувство общей цели. Мне хочется, чтобы что-то подобное происходило и с музыкой. Я думаю, что это, непременно, случится.

Перевод с английского Анна (Sunny)
Опубликовано с разрешения Кори и Милы:
http://tango.uz/www.ko-arts.com/ ; http://tango.uz/www.tangomio.ru/

Добавить комментарий