Нито и Эльба. С танцпола — на сцену

(перевод из журнала El Tangauta)

Еще до знакомства Нито и Эльбы их жизни почти одновременно перевернула трагедия. В 1970 году, с разницей всего в два месяца, оба попали в автомобильные аварии, в которых погибли их супруги. Три года спустя их пути пересеклись в небольшом городке к западу от Буэноса-Айреса, и они начали новую жизнь.

Вскоре после этого они поженились и переехали в Хунин, где начали танцевать вместе — просто для удовольствия или выступая вместе с местными оркестрами. Но они у них была и другая работа.. В 1984 году они переехали в Мар дель Плата — город, который они обожают с тех пор, как провели там медовый месяц. Их образ жизни остался прежним.

Как и в случае с другими милонгеро, признание не сразу пришло к Хуану Аурелио Гарсия (74) и Эльбе Наталии Соттиль (71). Он вырос в районе Авежанеда, с 1955 по 1965 гг. выиграл 15 танцевальных конкурсов, с другой партнершей выступал с оркестром Освальдо Пуглиезе. Она же стала танцевать, когда встретила Нито. Вскоре они начали не только ходить на милонги, но еще и выступать и давать уроки. И все же только в начале 1990-х благодаря танго они впервые отправились за границу. С тех пор они дали бессчетное количество семинаров в Северной Америке и Европе. Они — высоко ценимые преподаватели Международного Конгресса аргентинского танго с 2000 года, а в этом месяце они примут участие в 11й регулярной Неделе Танго (Nora’ s Tango Week) в Сан-Франциско. Кроме того, дважды в неделю они дают групповые уроки в Грисель (Gricel).Что касается сценических выступлений, в 1998 году они участвовали в шоу Tango Forever и два года танцевали в Esquina Carlos Gardel, а сейчас у них ведущая партия в ресторан-концерте Tango Porteño, открытом в апреле 2008 года на месте кинотеатра Metro.

Незадолго до ежедневного представления (в котором они дважды танцуют элегантную импровизацию) Нито и Эльба приняли нас в гостиной своей квартиры в районе Once.

Как вы познакомились?

Э: Наша встреча была прекрасной, мы оба рассказали свои истории…

Н: Она из Савалии, городка в 15 километрах от моего, О’Бриен. Как-то раз она приехала в мой город на танцы, которые проводились раз в полгода в Итальянском обществе. Я пригласил ее танцевать, потому что она была такая красивая… Но она не пошла. Потом она зашла в кафе, которое я держал в О’Бриен. Ну, я пригласил ее куда-нибудь сходить, и тогда она согласилась.

Э: Он был очень красив, он сразу привлек мое внимание, когда пришел на танцы. Тот день, когда мы познакомились, я помню, как будто это случилось сегодня: на нем был небесно-голубой костюм и галстук в тон. В этих городках нечасто встретишь человека, который одет так элегантно.

Какими были танцевальные конкурсы в 1950-е и 1960-е?

Н: Я участвовал во многих столичных конкурсах и конкурсах на юге Буэнос-Айреса. Они проводились в таких местах, как Театр Верди (Ла Бока), телевизионные каналы или клубы — Sudamérica (Конститусьон), El Porvenir (Герли), Granaderos или Villa Modelo (оба в Авежанеде). Соревновались 7-10 пар, это были лучшие в районе, поэтому они и решались участвовать в конкурсе. Иногда было зрительское голосование, иногда из тех, кого организатор считал наиболее понимающими в танцах, собирали жюри. По поводу решений всегда спорили. Как-то раз у меня были серьезные проблемы в La Española, клубе в Валентин Алсина. Я выиграл, но уходить оттуда мне пришлось под охраной местного силача, потому что мне угрожали. Помимо всего прочего, я очень модно одевался, на мне был бежевый костюм со складкой сзади и хлястиком. Тот, который мне угрожал, наверное, думал: «Как мог победить тип, который так одет?!» (смеется)

Эльба, Вы в то время с ним не танцевали?

Э: Нет, я начала танцевать, когда встретила Нито. Он меня учил. Я жила в сельской местности, не ходила на танцы, кроме тех, что проводились в школах, когда что-нибудь отмечали, или благотворительных. Мне было непросто начать танцевать: я из очень консервативной итальянской семьи, там на это смотрели как на что-то плохое, опасное.

Почему после свадьбы вы переехали в Мар дель Плата?

Э: Мы зарабатывали на жизнь не танго. Мы оба работали. У него был стекольный магазин, а у меня — дамская парикмахерская. Мы выбрали Мар дель Плата, потому что место показалось нам красивым. Мы не думали о том, подходит ли оно для карьеры танцоров танго.

Н: Нам хорошо жилось в Хунине, но мы все продали, чтобы переехать, потому что нам всегда нравился Мар дель Плата. В то время, в начале 1980-х, было трудно зарабатывать на жизнь с помощью танго. Так что мы продолжили работать так же, как и в Хунине, но вдобавок я завел сначала ресторан, а потом бар. В то же время мы продолжили танцевать с оркестром Zapala Zapalita в Мар дель Плата и его окрестностях.

Как вы начали зарабатывать на жизнь с помощью танго ?

Н: Когда закончился тур Tango Argentino, мир остался без преподавателей. Тогда иностранцы начали приезжать в Буэнос-Айрес, и в то же самое время танго интересовалось все больше молодежи. В 1991 году Эктор Вижальба, владелец Dandi, пригласил нас давать уроки в Сан-Франциско. 

«Я сторонник стиля салон, но если говорить о том, какой стиль лучше подходит для милонг, я бы сказал, что милонгеро «. (Нито)

Впоследствии вы много работали в Соединенных Штатах. Что американцы ищут в танго?
Н: Объятие, взаимодействие и дружбу. Мне кажется, у жителей Северной Америки жизнь довольно одинокая, это результат крайнего уважения, с которым они друг с другом обращаются. Они едва здороваются с соседями, никогда не скажут «ну ты и толстяк!» или «ну ты и тощий!». В лучшем случае спросят, чем ты занимаешься. Вместе с танго появляется круг общения, друзья, отношения, разговоры.

Э: Полностью согласна.

Н: Интересно, что, хотя они влюбляются в сценическое танго, начав танцевать социальное, они забывают про ганчо и махи. Сейчас, приезжая в Буэнос-Айрес, они первым делом идут на шоу с ужином, но потом — прямиком на милонгу.

Существует ли сегодня стиль Авежанеда?

Н: Нет. Иногда я преподаю «милонгу Авежанеды», но я ее так называю потому, что эти шаги я выучил в Авежанеде. Но я не считаю, что стиль Авежанеда или стиль Вижа Уркиза действительно существуют. Я даже сомневаюсь, правда ли великие создатели того, что сегодня называется стилем Вижа Уркиза, жили в этом районе. Как вышло, что стиль Вижа Уркиза возник только сейчас, а раньше не появлялся? С коммерциализацией танго начинают происходить странные вещи.

И какой была эта «милонга Авежанеда»?

Н: В Авежанеде мы танцевали более открыто, делали больше поворотов, ганчо, махов и вообще шагов, потому что пространство давало нам такую возможность. За пределами центра города пространства было больше. Дело в том, что говорить о танго очень сложно, потому что тут нет какого-то справочника. Никто не может сказать «вот это танго, а это — нет», и даже сказать, что это такой-то стиль, а это другой.

Интересно, что думаете Вы, Эльба.

Н:Тебе надо всегда говорить «да, дорогой» (смеется).

Э: Я полностью согласна с тем, что говорит Нито. Я считаю, если умеешь танцевать, любой стиль будет хорош. Когда я прихожу на милонгу и вижу, что там хорошо танцуют в разных стилях, — сердце радуется.

Я думал, что встречу фанатичных поклонников танго-салона…

Н: Я сторонник стиля салон, но если говорить о том, какой стиль лучше подходит для милонг, я бы сказал, что милонгеро. Во-первых, из-за манеры ведения, а во-вторых, из-за использования пространства. Но если бы я преподавал милонгеро, было бы гораздо меньше возможностей ездить по миру. Ведь чтобы танцевать шоу, нужно танцевать лучше, чем большинство, а преподаватели стиля милонгеро обычно танцуют примерно так же, как любые другие танцоры на милонге.

«Для меня Tango Porteño — это как новое рождение. Потому что каждую ночь я переодеваюсь, привожу себя в порядок и выхожу на сцену «. (Эльба)

В Tango Porteño вы выделяетесь не только своим стилем, но и возрастом. Как вы там себя чувствуете?

Н: Надеюсь, мы достучались до публики. Мы много ей отдаем.

Э: Согласна. Никогда не думала, что мы могли бы попасть на сцену так, как это произошло, благодаря приглашению Хуана Фабри и Долорес де Амо. И когда мы начали, мы не знали, сможем ли продолжать. Но все было очень мило. Долорес ( прим. редактора: Де Амо — хореограф и руководитель шоу) очень поддержала нас, сказав, что не надо ничего убирать или добавлять. Для меня это как новое рождение. Потому что каждую ночь я переодеваюсь, привожу себя в порядок и выхожу на сцену. Иметь возможность сделать это в нашем возрасте просто прекрасно.

Н: Мы перешли от работы на четыре направления к работе только на одно. Мы танцуем под записи Пуглиезе, потому что наши шаги лучше всего сочетаются с этой музыкой. Не забывайте, мы импровизируем! К тому же гораздо труднее танцевать с женщиной, которой уже за 70, чем с молоденькой девочкой.

Э: Это совсем не то же самое, потому что у молодых ноги гораздо живее, чем у человека моего возраста.

Но у вас есть опыт, которого нет у женщины 25 лет.

Э: Нет, сегодня у молодых есть опыт, и они танцуют очень хорошо.
Н: Опыт — эта расческа, которая тебе дается, когда ты облысеешь. Танго такое, какое оно есть, благодаря молодежи. После Tango Argentino в успешных шоу почти не было людей постарше.

И как же эта молодежь научилась так хорошо танцевать?

Н: Благодаря технике! Тут важен вклад женщин, которые пришли из народных и современных танцев. Раньше женщина училась дома с братьями, потому что не ходила даже на практики. На сегодняшний день все сильно изменилось, вплоть до туфель и одежды.
Э: Иногда я говорю другим партнершам из Tango Porteño: «Я не могу с вами состязаться, потому что вы настоящие танцовщицы». И потом, у каждой есть собственный стиль.
Н: В любом случае, мы никогда не чувствовали себя танцорами шоу. Мы милонгеро и преподаватели, которые оказались успешными на сцене.

Существует ли в танго оригинальность?

Н: Да, но относительная. Как-то раз европейский танцор пришел и попросил у меня последовательность для вальса. Когда я закончил связку, я увидел, что он недоволен, как будто даже раздражен. «Но это я ее изобрел!» — возмутился он. Вот что я этим хочу сказать: сплошь и рядом бывает, что кто-то считает какие-то вещи только своими, но кто-то другой тоже их придумывает, сам, никого не копируя. Уже столько времени столько народу практикуется в стольких местах — вполне вероятно, что они используют похожие или одинаковые шаги!

Неожиданный эпилог беседы: Нито ведет нас в комнату рядом с кухней, чтобы с гордостью продемонстрировать нам бессчетную коллекцию костюмов, рубашек, галстуков и ботинок. Такой гардероб можно рассматривать как воплощение карьеры, такой же разнообразной, как цвета и фасоны одежды.
http://tango.uz/tangoblog.ru/2009/10/nito-i-el-ba-s-tancpola—na-scenu.html

Добавить комментарий